Мы все - потомки рабов? Насколько ужасно было крепостное право

Кого-то из них забивали насмерть, а кто-то зарабатывал миллионы.
Facebook
ВКонтакте
share_fav

Чем было крепостное право? Россию той поры проклинал Радищев и вполне одобрял Пушкин. Бесчинства сумасшедших помещиков там соседствовали с громкими судебными процессами. Каких-то крестьян продавали на аукционе, а какие-то становились миллионерами.

Сегодня “Умный журнал” расскажет об этом, а также поведает - насколько велик шанс, что ваши предки были “объегорены” и познали прелести барщины и оброка?

“Вот тебе, бабушка, и Юрьев день”

Формально землевладельцы-помещики не имели прав лично на крестьянина - они имели права на свою землю. Крестьянин же имел право с этой земли уйти - такая процедура называлась “крестьянский выход”. Превращение крестьян в крепостных, т.е. “прикреплённых к земле”, связано именно с ограничением крестьянского выхода.

Первый всеобщий закон на этот счет вышел в 1497 году - крестьянский выход по всему государству был разрешён за неделю до и через неделю после 26 ноября - Дня святого Георгия или, в просторечии, Юрьева дня.

Сергей Иванов “Юрьев день”

Так продолжалось до 1580-х годов, когда Иван Грозный ввел “заповедные лета” - законы, приостанавливающие крестьянский выход. Это формально временный запрет никогда не был отменён и окончательно закрепился в Соборном Уложении 1649 года, которое также ввело бессрочный сыск беглых крестьян.

Именно к тем временам относится поговорка “Вот тебе, бабушка, и Юрьев день”. Негативная память народа о тех событиях также закрепилась в выражении “объегорить” (обмануть), произошедшем от другого названия Юрьева дня - Егорий Осенний.

Зверства Салтычихи и Екатерина II

Но даже отмена крестьянского выхода не меняла главного - крестьянин не являлся собственностью землевладельца. Дворяне, помещики считались поставленными на определённый участок земли. По сути, они, как и крестьяне, несли службу перед государем - просто на более высокой должности.

Дальнейший процесс закрепощения крестьян связан с тем, что государство давало дворянам всё больше и больше полномочий, и при этом оставляло всё меньше и меньше обязанностей.

Историк Василий Ключевский так описывал происходящее в 1730-60-х годах: “Закон всё более обезличивал крепостного, стирая с него последние признаки правоспособного лица”.

Василий Ключевский

Именно в те времена берут начало истории о бесчинствах помещиков в отношении своих крепостных. Самый известный персонаж подобных рассказов - помещица Дарья Салтыкова, более известная как Салтычиха.

Иллюстрация к энциклопедическому изданию “Великая реформа”, на которой изображены деяния Салтычихи “по возможности в мягких тонах”

Овдовев, она начала впадать в страшные вспышки гнева, во время которых подвергала своих крестьян издевательствам и пыткам - обливала кипятком, выдёргивала волосы, заставляла конюха забивать провинившихся до смерти. Зимой Салтыкова раздевала женщин догола и привязывала на улице к столбу, предварительно сжигая им свечой волосы.

Салтычиха любила убивать невест незадолго до замужества. Одну жертву, крестьянку Петрову, помещица велела раздеть и завести в пруд (на дворе была поздняя осень). Девушка стояла в воде по горло несколько часов и в итоге скончалась от переохлаждения.

Доставалось и мужчинам. В ноябре 1759 года в ходе растянувшейся почти на сутки пытки был убит молодой слуга Хрисанф Андреев, а в сентябре 1761 года Салтыкова собственноручно забила мальчика Лукьяна Михеева.

По показаниям крепостных крестьян, полученным во время “повальных обысков” в имении и деревнях помещицы, ею было убито 75 человек.

Владимир Пчелин “Салтычиха”

Всё это удалось остановить только тогда, когда двум крестьянам, Савелию Мартынову и Ермолаю Ильину, жён которых Салтыкова убила, в 1762 году каким-то чудом удалось передать жалобу только что вступившей на престол Екатерине II. Любые жалобы на местном уровне заканчивались только наказанием жалобщиков и отправкой их в Сибирь.

Екатерина II

Молодая императрица решила показать себя приверженцем законности и дала ход делу. Помещицу осудили “к пожизненному заключению в подземной тюрьме без света и человеческого общения” (свет дозволялся только во время приёма пищи, а разговор — только с начальником караула и монахиней). Салтыкова скончалась в заточении в Ивановском женском монастыре в 1801 году.

Казалось бы, справедливость восторжествовала. Однако во время расследования и суда по этому громкому делу, которое получило ход только из-за того, что императрице подали жалобу, в 1767 году вдруг вышел указ… запрещающий крестьянам подавать жалобы на помещиков лично государю.

Проведя показательный процесс, Екатерина II не захотела вступать в конфронтацию с дворянством и лишь продолжила курс на увеличение зависимости крестьян от власти землевладельцев.

Крестьяне как живой товар

Современники нередко называли крепостных крестьян “рабами”.

Вот что писал историк Николай Карамзин: “Не знаю — хорошо ли сделал Годунов, отняв у крестьян свободу (тогдашние обстоятельства не совершенно известны), но знаю, что теперь им неудобно возвратить оную. Тогда они имели навык людей вольных, ныне имеют навык рабов”.

Николай Карамзин

Интересны также слова Александра Бенкендорфа, главы тайной полиции Российской империи, написанные в личном послании императору Николаю I:

“Во всей России только народ-победитель, русские крестьяне, находятся в состоянии рабства; все остальные: финны, татары, эсты, латыши, мордва, чуваши и т. д. — свободны”.

Александр Бенкендорф

Действительно, частью повседневной жизни Российской империи были многие элементы рабовладения. Например, торговля людьми. Какое-то время в Петербурге даже функционировал рынок крепостных.

Клавдий Лебедев “Продажа крепостных с аукциона”

С другой стороны, государственная власть никогда не относилась к таким вещам, как к чему-то само собой разумеющемуся. Невольничьи рынки в итоге были запрещены, так же, как и было запрещено размещение в газетах объявлений о продаже людей.

Впрочем, ориентированность на поддержку интересов дворянского сословия не позволяла императору жёстко добиваться исполнения своих требований. Торговля людьми продолжалась в частных домах, а объявления подавались в газеты иносказательно - вместо “продаётся” писали “отдаётся в услужение”.

Николай Неврев “Торг. Сцена из крепостного быта. Из недавнего прошлого”

А Пушкин думал по-другому

Известны и высказывания людей, которые положительно отзывались о ситуации крепостных крестьян. Александр Пушкин, например, писал:

“Повинности вообще не тягостны. Подушная платится миром; барщина определена законом; оброк не разорителен… Крестьянин промышляет, чем вздумает, и уходит иногда за 2000 вёрст вырабатывать себе деньгу… Взгляните на русского крестьянина: есть ли и тень рабского уничижения в его поступи и речи? О его смелости и смышлёности и говорить нечего. Переимчивость его известна. Проворство и ловкость удивительны”.

Александр Пушкин

Многие отмечали, что русские крестьяне живут в значительно лучших условиях, чем европейские. Тот же Пушкин указывал: “Фонвизин, в конце XVIII века путешествовавший по Франции, говорит, что, по чистой совести, судьба русского крестьянина показалась ему счастливее судьбы французского земледельца. Верю…”

Подобную ситуацию отмечали и иностранцы. Капитан британского флота Джон Кокрэйн писал в своей книге “Пешее путешествие через Россию и Сибирскую Татарию к границам Китая, замерзшему морю и Камчатке”, что “положение здешнего крестьянства куда лучше состояния этого класса в Ирландии”. Кокрэйн отмечал “изобилие продуктов, они хороши и дешевы”, а также “огромные стада” в обычных деревнях.

Другой британский путешественник, Бремнер, говорил: “Есть области Шотландии, где народ ютится в домах, которые русский крестьянин сочтёт негодными для своей скотины”. Впрочем, далее он добавлял, что русский крестьянин по сравнению с английскими совершенно бесправен.

Положение крепостных в России не было одинаковым. Большое значение имела форма повинности: барщина или оброк. Барщина заключалась в том, что крестьянин был обязан отработать на земле помещика определённое количество дней. Оброк же - это регулярная денежная выплата, зарабатывать на которую крестьянин мог множеством способов.

Иван Тургенев писал в рассказе “Хорь и Калиныч”:

“Орловский мужик невелик ростом‚ сутуловат‚ угрюм‚ глядит исподлобья‚ живёт в дрянных осиновых избёнках‚ ходит на барщину‚ торговлей не занимается‚ ест плохо‚ носит лапти; калужский оброчный мужик обитает в просторных сосновых избах‚ высок ростом‚ глядит смело и весело‚ торгует маслом и дёгтем и по праздникам ходит в сапогах”.

Иван Тургенев

Разницу в положении подобных крестьян отмечает и современные учёные. Доктор исторических наук Ирина Супоницкая пишет:

“Не все крепостные в России работали на барщине. Перед отменой крепостного права около 40% из них — оброчники‚ отдававшие помещику оброк натурой или деньгами. Оброчник был несравнимо свободнее. Он сам решал‚ куда уйти на заработки. Целые деревни, получив паспорта, отправлялись на промыслы в города. Одни сёла поставляли ямщиков‚ другие — ремесленников‚ третьи занимались промыслами у себя дома”.

От крестьянина Смирнова - к водке Smirnoff

Именно из оброчных крестьян появлялись “крепостные бизнесмены” - те, кто договаривался с помещиком и организовывал собственное дело. Так, знаменитая текстильная промышленность в Иваново была основана крестьянами графа Шереметьева.

Французский путешественник Астольф де Кюстин в книге “Россия в 1839 году” писал, что крепостные были “главными торговыми деятелями” нижегородской ярмарки. “Однако закон запрещает предоставлять кредит крепостному в сумме свыше пяти рублей, - добавлял де Кюстин, - И вот с ними заключаются сделки на слово на огромные суммы. Эти рабы-миллионеры, эти банкиры-крепостные не умеют ни читать, ни писать, но недостаток образования восполняется у них исключительной сметливостью”.

Многие из тех, кто был успешен, впоследствии покупали себе вольную и переходили в купеческое сословие. Некоторые зарабатывали баснословные деньги - например, семья Морозовых, основанная выкупившимся из крепостной зависимости в 20-х годах 19 века Саввой Морозовым, в 1914 году признавалась журналом Forbes шестой богатейшей семьёй в Российской империи.

Главы семьи Морозовых в 1860-х годах

Другой крепостной, Пётр Смирнов, сумел занять лидирующие позиции в производстве алкоголя, получив неофициальный титул “водочного короля России” и дав начало известному сейчас бренду Smirnoff.

Пётр Смирнов

А вы - потомок крепостных?

Расхожее мнение, что большинство людей в постсоветском обществе - потомки крепостных, не подтверждается статистикой. На момент отмены крепостного права в 1861 году была проведена масштабная социологическая работа, приведённая в книге "Крепостное население в России, по 10-й народной переписи", изданной в том же году.

Обложка и первая страница книги

Согласно приведённым там данным, общее число населения Российской империи составляло 67 081 167 человек, а крепостными из них являлись 23 069 631 человек, то есть 34,39%.

Наибольшая доля крепостных была у населения Смоленской губернии - 69,07%. Велики шансы на крепостные корни также у тех, чьи предки вышли из-под Тулы и Калуги. Больше 50% - у уроженцев Владимира, Москвы, Нижнего Новгорода, Костромы, Ярославля, Рязани и Пскова.

Также очень серьёзные шансы - у коренных жителей Украины и Белоруссии. В тех землях только Гродненская, Полтавская, Херсонская и Харьковская губернии имели относительно низкие показатели крепостного населения.

Шансы коренных тверичей - 50 на 50.

К северным и северо-западным окраинам империи доля крепостных резко снижается. Уже в столичной Петербургской губернии проживало всего 24,03%.

В Прибалтике крепостных также было немного. Исключение составляет Литва - в Ковенской губернии (основная часть территории страны) закрепощено было 36,9% населения.

На Кавказе крепостных практически не было. Исключение составляла Грузия. В Кутаисской губернии (запад страны) их проживало 59,71% населения. В Тифлисской губернии (восток) - 21,46%.

Европейский Север России и Финляндию закрепощение практически не затронуло. Это же относится к Сибири, Казахстану, Средней Азии и Дальнему Востоку.