Творцы из 90-х. Художники российской “элиты” и их шедевры (ФОТО)

Facebook
ВКонтакте
share_fav

Принято считать, что искусство обычно проверяется временем. Многие знаменитые мастера при жизни были неприлично бедны, в то время как абсолютно посредственные художники добивались коммерческого успеха.

Тем не менее, существуют определенные критерии, по которым можно отличить одаренного творца от рисовальщика со Старого Арбата.

“Умный журнал” рассказывает о трех деятелях искусства, покоривших современный российский творческий Олимп, и разбирается, чем плохи их “шедевры”.

Никас Сафронов. Много шума из ничего

Заслуженный художник РФ уже много лет пишет портреты политиков, общественных деятелей и звезд шоу-бизнеса, благодаря чему его работы висят в домах самых богатых и известных людей России, да и не только России.

Однако громкое имя и братание со сливками общества далеко не всегда говорят о высоком уровне работ и вовсе не означают признания искусствоведов.

Сафронова неоднократно обвиняли в подражательстве, излишней претенциозности, скверной технике, откровенной халтуре и дурновкусии.

Поговаривали, например, что знаменитые портреты политических лидеров и знаменитостей художник “клепал” не то при помощи фотошопа и принтера, печатающего на холсте, не то просто покрывая краской фотографии.

Однако широкое призвание и водопад денег все же настигли Никаса в 1990-х. Как выразился один блогер:

“Лужковская братия этого пошляка сильно привечала. Ну нравилось всяким шанцевым, когда их, мордатых, изображали в виде сиятельных князей или блистательных царедворцев”.

Никас Сафронов. “Портрет В.В.Путина в костюме времен Франциска I"

Никас Сафронов. “Портрет Дмитрия Медведева”Подвергались критике не только портреты, но и пейзажи творца Сафронова. Журналист Владимир Руденко писал о них следующее:

“Вода у художника - пластилиновая, то есть Никас абсолютно не умеет писать воду; облака напоминают вату, поскольку написаны лишь цинковыми белилами”.

Сам Никас о своем таланте привык высказываться громко и без лишней скромности.

В 2006 году художник дал интервью газете “Труд”, которое вышло под громким заголовком “Я женат на живописи”. В интервью творец заявил, что Эрмитаж приобрел три его картины.

В 2008 году была обнародована цитата директора Государственного Эрмитажа Михаила Пиотровского, заявившего, что никаких картин у Сафронова музей не покупал.

А жаль. Было бы что потомкам показать.

Зураб Церетели. Скульптор-гигантоман

Активно работать в области монументального искусства Зураб Константинович начал еще в конце 1960-х годов, но мастеру понадобилось около 30 лет, чтобы его имя стало синонимом конъюнктурной гигантомании.

Как и в случае с Никасом Сафроновым, творческое раздолье для художника наступило при Лужкове, другом которого он являлся и чьим придворным скульптором стал.

Сильнее всего от творческого зуда маэстро пострадала, как это часто бывает, Москва. Громоздкие, непропорциональные и безвкусные монументы заполонили город, а жители только успевали раздавать его творениям колкие прозвища.

Пожалуй, самым известным и спорным стал памятник Петру I, установленный в Москве в 1997 году и вызвавший у общественности практически единодушное отторжение.

СМИ писали, что Петр I - переделанная статуя Колумбу, которую Церетели предлагал приобрести США, Испании и странам Латинской Америки, но купить ее никто из перечисленных стран не захотел. В конце концов Колумб превратился в Петра и стал якобы подарком для моряков к 300-летию российского флота.

Еще один жутковатый монумент работы Зураба Константиновича - “Трагедия народов” был открыт в той же Москве на Поклонной горе. По замыслу мемориал посвящен жертвам фашистского геноцида.

Монумент получился настолько пугающим, что риэлторы рассказывали, будто квартиры, выходящие окнами на памятник, в короткий срок упали в цене.

Развернутая в прессе кампания против “Трагедии” привела к тому, что скульптура была демонтирована и перенесена вглубь парка.

Некоторые скульптуры просто вызывают у зрителя вопросы. Например, как Георгий Победоносец смог так покромсать змея этим копьем, словно докторскую колбасу?

Досталось от щедрости Зураба Константиновича и Нью-Йорку.

В 2006 году Церетели выслал туда свое новое произведение - “Слеза скорби” в знак памяти жертв 11 сентября, как будто одной трагедии городу было недостаточно.

Сначала амбициозный творец пожелал установить монумент на месте трагедии, но городские власти не пожелали видеть у себя это произвидение. Затем ваятель задумал поставить его на противоположном берегу Гудзона, но и тут встретил отказ.

В конце концов “Слеза” нашла местечко на Байонне - устье реки Гудзон.

Жители, правда, замыслом автора не прониклись, увидев в памятнике не то шрам, не то гигантскую вагину.

Александр Шилов. “Художник Тюбик”

В 2000 году в “Арт-газете” вышла заметка, посвященная критике творчества художника Шилова.

Журналист Сергей Заграевский писал тогда:

“Была такая детская книжка – «Приключения Незнайки и его друзей». И был среди «малышей» (друзей Незнайки) художник по имени Тюбик.

Когда воздушный шар со всеми «малышами» забросило в город «малышек», то Тюбик там стал востребованным портретистом.

А поскольку все «малышки» требовали сделать им глазки побольше, ротик поменьше, а реснички подлиннее, то в конце концов Тюбик вырезал шаблон с требуемыми характеристиками, прикладывал его к холсту и рисовал по нему. Оставалось только придать волосам и глазам нужный цвет, а портрету в целом – минимум сходства, и все заказчицы были довольны.

Удобно, правда? Жаль, что метод художника Тюбика является соблазном для многих современных «мастеров». И тому пример – галерея на Знаменке” .

Под “галереей на Знаменке” автор имел в виду личную галерею художника, ради строительства которой даже пришлось снести два исторических здания.

Жанр, который прославил Шилова, можно условно охарактеризовать как “Я красиво рисую твою жену (тебя) за твои же деньги”.

“Смотрите, у меня есть ключи от машины”

В основном критики невзлюбили его портреты за “пластилиновость” лиц, проблемы с анатомией и пропорциями, кричащие детали, неудачные сочетания цветов, показное богатство, дисгармонию нарядов и фонов, неумение вписать героев в фон настолько, что он выглядит плоским, как в районном фотоателье. И это лишь небольшой список претензий к творцу.

Маэстро явно питает слабость к бархату, кружевам, мехам и бриллиантам, которые зрителю буквально швыряют в лицо, в то время как искусство должно говорить намеками.

Однако все эти недостатки пришлись заказчикам Шилова по душе, ведь это было именно то, чего им по-настоящему хотелось: роскошь в каждом сантиметре полотна, ордена, купидоны, меха и ледяное безжизненное портретное сходство.