"Русский язык платит большую цену за то, что был на службе советской идеологии"

РИА Новости/Юрий Кавер
Facebook
ВКонтакте
share_fav

Почему количество людей, говорящих на русском, постепенно уменьшается? Отчего школьники скучают на уроках родного языка и совсем им не интересуются? Как современные технологии влияют на грамотность, и действительно ли английский может захватить в будущем все остальные языки? На эти и многие другие вопросы в интервью Anews ответил доктор филологических наук, академик РАН Владимир Плунгян.

Владимир Плунгян - доктор филологических наук, профессор, академик РАН, заместитель директора Института русского языка имени В. В. Виноградова РАН, заведующий кафедрой теоретической и прикладной лингвистики МГУ им. М. В. Ломоносова, специалист в области лингвистической типологии и корпусной лингвистики.

«Ни самый хороший, ни самый плохой человек не может в механизме языка ничего поменять»

– О том, что русский язык “портится”, сегодня не говорит только ленивый. Можно ли его чем-то испортить?

– Я бы не сказал. Лингвистов вообще это обычно не беспокоит, мы все-таки в силу нашей профессии знаем, что язык испортить нельзя. И еще мы знаем, что язык постоянно меняется. Язык - это явление природы, которое развивается по своим законам. Это развитие не от плохого к хорошему, а от одного состояния к другому.

Всякий язык – это такой непрерывно вращающийся калейдоскоп, только смена узоров в нем происходит очень медленно и растягивается на многие столетия. И человек на это развитие повлиять никак не может, как бы ему ни хотелось.

Нам может многое не нравиться в языке, но на самом деле нам обычно не нравятся те люди, которые говорят как-то не так, или то содержание, которое они в свои слова вкладывают, хотя при этом нам кажется, что не нравится нам именно оболочка. Но ни самый хороший, ни самый плохой человек не может в механизме языка ничего поменять – придумать новый падеж, например, или новую глагольную форму.

«Попробуй переведи слово “сахарок” на английский или французский!»

– Русский нередко называют одним из самых сложных языков в мире. Так ли это или мы себя “переоцениваем”?

– Особая сложность русского языка - это очень наивная точка зрения. Обычно так говорят люди, которые плохо знают другие языки. Естественно, свой родной язык мы знаем лучше всего, даже если мы владеем другими, и он кажется нам самым удобным, самым совершенным, самым выразительным. На самом деле возможности разных языков приблизительно одинаковы, и сложность их сопоставима.

– А существуют ли русские слова и фразы, не переводимые на другие языки?

– Безусловно. Но такое есть в любом языке. В русском, как и в других языках, прежде всего много специфичной лексики, не имеющей точного эквивалента. Скажем, слова «уютный», «бесшабашный», «слоняться», «недотепа», которые часто приводят в пример. Но и подобным словам, если постараться, при желании можно найти неплохие переводные эквиваленты.

Трудно переводится грамматика. Очень специфичные русские конструкции – так называемые безличные, типа «мне сегодня не работается», «у меня спички не зажигаются» или знаменитое «Остапа несло». Даже такие относительно простые формы, как уменьшительные, типа «сахарок» - попробуй переведи их без потери смысла на тот же английский или французский!

«Я не думаю, что существует такая вещь, как “сознание носителей русского языка”»

– Давний вопрос: влияет ли родной язык человека на его сознание, восприятие окружающего мира. Вы как считаете? Если влияет, то какие особенности есть у носителей русского языка?

– Это старая проблема, она больше всего известна как гипотеза Уорфа. Об этом идут бесконечные дискуссии. Конечно, язык как-то связан с восприятием мира, но большинство специалистов сейчас считает, что преувеличивать эту связь не стоит. Особенно если это дает почву для такой псевдонаучной националистической мифологии, с которой, к сожалению, под видом лингвистики часто приходится сталкиваться.

Я не думаю, что существует такая вещь, как «сознание носителей русского языка». Все носители русского языка разные, и сознание у них тоже разное. Разумеется, то же самое относится и к любому другому языку, хоть японскому, хоть башкирскому, хоть баскскому.

«Преподаванием русского языка все недовольны»

– Вы высказывали мнение, что русский язык в школах находится в катастрофическом состоянии и что преподают его совсем не так, как следовало бы. Что не так в школах с русским языком? И как следовало бы ему учить?

– Критиковать и давать советы легко; в футболе, медицине и педагогике, как известно, разбираются у нас все. Но мы сейчас все-таки хотим немного сдвинуть эту проблему с мертвой точки и начать подготовку школьных учебников нового поколения.

А что не так – да многое не так. Прежде всего, та наука, которая в учебниках русского языка в какой-то форме присутствует – это очень сильно устаревшая лингвистика, фактически лингвистика даже не XX, а XIX века. Здесь нужно радикальное обновление. Остальное, пожалуй, из этого вытекает.

РИА Новости/Андрей Иглов

– Доводилось слышать мнение, что детям неинтересно изучать в школе русский язык…

– Это неудивительно. Потому что естественные науки, скажем, можно сколь угодно примитивно и урезанно преподавать, но все-таки основы этих наук – это некоторая здравая научная методология, которая формировалась столетиями. При правильной постановке преподавания она может проявиться как увлекательное, я бы даже сказал, красивое видение мира.

С русским языком, к сожалению, в этом плане дела обстоят гораздо хуже, потому что за сведениями в школьных учебниках не стоит современной научной картины мира – скорее, мы находим там то, что современная наука давно отвергла. Или то, что вообще не имеет отношения к науке. Умный, любознательный, интеллектуально развитой школьник чисто интуитивно должен этот дискурс отторгать.

Другая проблема состоит в том, что преподавание русского языка в очень большой степени преследует практические цели – обучение орфографии и пунктуации, т.е. грамотному письму. Преподавание химии, физики, биологии все-таки так сильно на практические навыки не ориентировано. Так что, как видите, это сложный клубок проблем. Преподаванием русского языка все недовольны (и недовольны справедливо), но распутать этот клубок непросто.

РИА Новости/Константин Чалабов

– Некоторые настаивают, что гораздо важнее научить ребенка ярко излагать свои мысли, нежели правильно расставлять запятые. Может ли быть одно без другого?

– Одно другому как минимум не мешает. Если вы будете ярко выражать свои мысли, но допускать грубые ошибки на письме, эффект от вашей яркости будет изрядно подпорчен – не говоря уже о том, что как раз «расстановка запятых» может быть критически важна для понимания текста! Поэтому странно эти вещи противопоставлять. Орфография и пунктуация все-таки придумана не только для того, чтобы отравлять жизнь нашим бедным школьникам, некоторый объективный смысл у этих правил, как ни странно, тоже есть.

«Благодаря интернету мы просто лучше видим истинную картину нашего общества»

– Некоторые любят говорить, что современные дети «неграмотны» из-за компьютеров и интернета. Повлияли ли технологии на грамотность человека?

– Вы знаете, скорее нет. Тут дело в другом. Конечно, в целом в современной сетевой среде порог допустимых отступлений от норм литературного языка заметно снижен: проще говоря, грубые орфографические ошибки встречаются в текстах электронной коммуникации повсеместно и удивляют все меньше. Не сильно отстают такие сегменты письменной речи, как реклама и некоторые СМИ.

Но не надо забывать, что люди никогда еще за всю историю человечества так много и в таком массовом порядке не писали! Клавиатурой пользуется гораздо больше людей, чем когда-то пользовались бумагой и ручкой. Благодаря интернету мы просто лучше видим истинную картину нашего общества, причем относящуюся действительно ко всему этому обществу, а не к узкому слою образованной и профессионально пишущей элиты. Так что во всем есть своя положительная сторона.

– Почему одни люди грамотны, а другие не могут ни слова написать или сказать без ошибки?

– На это влияют способности человека, внимание, память, а они у людей разные. Дело в том, что овладение русской орфографией – это ведь во многом не обучение рациональным правилам (увы, они далеко не всегда рациональны), а просто тренировка памяти. Орфографический облик «трудных» слов гораздо эффективнее помнить, чем каждый раз вспоминать тот параграф правил, в котором про эти слова говорится. Разным людям это запоминание дается с разной степенью легкости.

Но в утешение можно сказать, что с рациональностью орфографии ситуация бывает куда хуже – вспомним, как устроена орфография английская или французская…

В любом случае человек, который много читал, будет лучше запоминать облик слов и быстрее овладевать орфографией, чем тот, кто делать этого не привык.

«Среднему россиянину очень трудно представить себе, что есть какие-то другие языки»

– Как известно, у наших соотечественников не очень хорошо обстоят дела с иностранными языками. Какие языки даются россиянам сложнее всего?

– Это не всегда было так. До революции образованное общество в нашей стране было многоязычным, свободное владение немецким и французским было нормой и никого не удивляло. Да, это был очень узкий слой людей, но именно этот навык пострадал очень сильно.

Одно из самых сильных постреволюционных социокультурных изменений – исчезновение навыка свободного владения иностранными языками из обихода культурного человека. Это не российская, а именно советская реалия: нет настоящей открытости общества, нет массовых контактов с другими странами и культурами – не будет и знания иностранных языков на нужном уровне.

Да, Россия очень большая и во многом самодостаточная страна, поэтому такое состояние продолжается и сейчас, оно отчасти естественно. И в мире есть и другие такие страны: например, США или Китай.

Но сейчас, я думаю, растет ощущение того, что нынешнего уровня знания иностранных языков недостаточно. Как бы ни была велика Россия, мир еще больше, и современный мир един и очень тесен. Поэтому потребности уже есть, а практики, привычки пока нет. Среднему россиянину очень трудно представить себе, что есть какие-то другие языки, на которые можно свободно переключиться в разговоре с собеседником и которые при этом будут так же хороши и совершенны, как его родной русский язык.

Reuters

Думаю, это относится ко всем иностранным языкам, даже к таким сверхраспространенным в современном мире, как английский или испанский. Пока что они все для нас – в основном по ту сторону психологического барьера. Впрочем, можно надеяться, что преодоление этого барьера – вопрос времени.

«Мышление билингва – это и есть мышление нормального человека»

– Ребенку выучить язык легче, чем взрослому. В чем принципиальные различия?

– Дело в том, что человек успешно овладевает своим родным языком именно в раннем детстве, когда в мозгу работают особые механизмы. В начале жизни человека они активны, а потом постепенно угасают. И то, что хорошо для родного языка, хорошо и для иностранного. Дети очень легко, почти без усилий в возрасте до 7-10 лет начинают говорить на иностранном языке – они обучаются этому не по скучным тяжеловесным учебникам, а естественным путем. Правда, потом это легко приобретенное умение может так же легко и исчезнуть, если его не поддерживать.

– Поддерживаете ли вы родителей, которые с детства пытаются вырастить ребенка “двуязычным”?

– Ничего плохого в билингвизме нет. Но единственное, родители сами должны свободно владеть этими языками, они должны быть для них родными. Билингвы вырастают обычно в двуязычной семье, где отец разговаривает на одном языке, мать – на другом. Если для родителей этот язык иностранный, специалисты рекомендуют быть осторожнее: разговаривая с детьми на неродном языке, можно невольно сделать ошибки, научить их неправильному варианту, а переучиваться потом будет сложно.

– Правильнее взять няню?

– Да, именно так всегда и делалось. От лишнего языка вреда точно не будет. Иногда приходится слышать что-то наподобие того, что, вот, русский язык вытесняется, внедрение иностранных языков меняет сознание наших детей! С научной точки зрения это полная чепуха. Но понятно, откуда возникает почва. Это связано с тем, что психологические стереотипы одноязычного общества меняются медленно. Определенная замкнутость, недоверие к чужому, боязнь чужого. Мне кажется, это нужно преодолевать.

РИА Новости/Владимир Песня

– Сегодня любят говорить, что билингвы воспринимают мир и мыслят совершенно иначе. Чем отличается мышление таких людей?

– Доказательств этому нет. Много копий было сломано в спорах на эту тему. Билингвизм – вообще говоря, естественное состояние любого человека. Билингву никто ничего не навязывает, никто не меняет его сознание, просто у него удачно активированы те способности, которые в каждом из нас заложены.

Более того, и современный мир в целом все-таки многоязычен. Страны, ареалы, где доминирует только один язык – скорее исключение. На большей части Земли и дети, и взрослые свободно переходят с одного языка на другой и даже на третий и на четвертый. Этого не только не надо бояться, это надо считать нормой. И мышление билингва (каким бы оно ни было) – это и есть мышление нормального человека.

«Русский язык платит большую цену за то, что был на службе советской идеологии»

– Некоторые опасаются, что английский язык в обозримом будущем “победит” все остальные языки и станет универсальным.

– Экспансия английского языка, безусловно, происходит. Но это проблема не языковая, а социальная. Экспансия языка идет вслед за культурно-политической экспансией тех общественных структур, которые этим языком пользуются. Так было со времен Древнего Китая и Древнего Рима, империи инков и Арабского халифата. Так что вопрос о будущем языковом облике нашей планеты надо задавать не лингвистам.

Впрочем, будущее нашей планеты достаточно непредсказуемо. И мы знаем, что все великие империи в какой-то момент сходили со сцены, часто почти не оставляя следов. Главное, чтобы человечество в ближайшем будущем себя не уничтожило, а уж на каком оно будет говорить языке – как-нибудь разберемся.

– Некоторые склонны говорить о низкой популярности русского языка в мире, которая стала особенно заметна после распада СССР. Что сейчас происходит с русским языком в мире? И может ли он в перспективе исчезнуть?

– Ну, исчезновение русского языка в ближайшее время, мягко говоря, маловероятно. Русский язык относится к так называемым мировым языкам – то есть тем, носителей которых более 100 миллионов человек. Таких языков в мире всего около десятка. Но русский язык – единственный среди мировых языков, количество носителей которого хоть и плавно, но уменьшается. В отличие от арабского, хинди, английского, китайского, испанского… Это связано, во-первых, с не очень благоприятными демографическими процессами в современной России, а во-вторых, конечно, с уходом в прошлое советской модели.

Русский язык платит большую цену за то, что он на предыдущем историческом этапе был поставлен на службу советской идеологии. Мне кажется, в интересах русского языка эту связь как можно скорее разорвать и не цепляться за прошлое. Тогда можно надеяться на то, что вслед за неизбежным спадом последует новый рост влияния русского языка, но на совсем других началах. Здесь многое зависит от нас.

Но, опять же, лучшее, что можно сделать для судьбы русского языка – это обеспечить достойную и осмысленную жизнь для всех его носителей, особенно на территории той страны, где он является государственным.

Беседовала Эллада Карибова