"Мы были средним классом, а теперь мы бедные – это сильный удар"

Facebook
ВКонтакте
share_fav

Социолог, руководитель отдела социокультурных исследований «Левада-центра» Алексей Левинсон в интервью Anews рассказал, как экономические неурядицы сказываются на жизни россиян, кого люди винят в кризисе и кто от него страдает больше всего, а также о том, от чего российские потребители не откажутся ни при каких условиях.

«Для богатых ничего особенного не происходит»

- 77% россиян в июньском опросе «Левада-центра» признали, что страна погружена в экономический кризис, каждый пятый ждет затяжного кризиса. Как люди относятся к происходящему? Принимают какие-то особые «антикризисные» меры? Или наоборот - просто привыкают к такому положению?

- Во-первых, в разных частях страны кризис протекает по-разному. И в некоторых регионах он гораздо острее, а в некоторых, наоборот, малозаметен. Кроме того, по-разному реагируют городские и сельские слои населения, по-разному его чувствуют. Потому что основное, что их положение осложняет, это рост цен на продовольственные товары. А как раз в нижней ценовой группе рост цен наиболее высок.

А вот те, кто потребляет продукты премиум-класса, они мало замечают изменения. Поэтому у нас получается, что для богатых ничего особенного не происходит. И даже для зажиточных тоже. А для бедных, происходят сложные вещи. Кроме всего прочего, у богатых есть какой-то, как правило, резерв и возможность маневра средствами. А те, кто жили на пределе своих возможностей, в обрез всего имели, они при повышении цен и отсутствии соответствующей компенсации в их доходах попадают в очень сложное положение.

В этом случае люди просто ухудшают рацион питания, покупают менее качественные продукты. А люди со средними и высокими доходами жертвуют необязательными статьями расходов. Ну, скажем, реже меняют дорогостоящие предметы потребления. Планировали в этом году машину обновить – откладывают. Еще заграничные поездки. Это одна из самых важных статей, по которым проводится  экономия.

«Мы просто прижались, но остались теми же»

- То есть, мнение, что для россиян более характерно адаптироваться к кризису за счет «снижения планки», а не поиска дополнительных заработков. Это верно?

- Да, это действительно так. Это главная стратегия. Здесь еще можно вспомнить слова о терпении русского народа, о готовности затянуть ремень. Тут еще более тонкие вещи состоят в том, что, как показывает углубленный анализ, который наши коллеги из «Левада-центра» проводили… Когда росло благосостояние, оно в обществе нарастало чисто количественно, не меняя своей природы.

Иными словами, люди внутри своей привычной модели потребления просто потребляли больше, а не меняли качественно природу. Скажем, не переводили средства в получение дополнительных компетенций или в обучение детей на более высоком уровне. Или, скажем, не занимались радикальным улучшением своего здоровья. А просто покупали больше. Больше одежды, больше еды.

Поэтому когда денег стало меньше, расширение потребления, так сказать, сузилось. Люди не меняли класс своего существования. Это очень важно. Потому что если людей, так сказать, выбрасывают… Вот, мы были средним классом, а теперь мы стали бедные, это сильный удар, в том числе психологический. А так – мы просто прижались, но остались теми же. Тем более, в общем, сроки кризиса не так велики, поэтому предметы длительного пользования еще все те же самые. Человеку не пришлось переезжать в более дешевое жилье или в менее престижную часть города.

- Выходит, шанс «пересидеть» кризис есть?

- Реально или нет, мы увидим. Сейчас большинство людей именно из этого исходит. Тем более надо отдавать отчет в том, что острота кризиса все-таки ограниченная. У нас в стране вообще голода не было уже очень давно, слава богу… И сейчас нет голода и таких перспектив. Кроме этого, включился снова и начинает действовать такой резерв нашего национального хозяйства, как приусадебные участки. И вот эти вот шесть соток – картошка, капуста, огурцы, лук – позволяют пересиживать, что называется, очень тяжелые периоды.РИА Новости / Виталий Безруких

«Это что-то близкое к природному явлению. И виноватых тут не ищут»

- Кого или что россияне винят в кризисной ситуации? В чем видят выход для себя и для страны?

- Что касается причин, то здесь есть четыре основных. Во-первых, считается, что мировые цены на нефть и мировая финансовая система вошли в кризис и этот кризис нас накрыл. Это что-то близкое к стихийному или природному явлению. И виноватых тут не ищут. Другая версия, она несколько менее распространенная, что кризис в мировой системе вызван действиями каких-то нефтяных держав. Саудовской Аравии, например. Или, что чаще, Соединенные Штаты: что США вызывают кризис для того, чтобы своих конкурентов, в частности, Россию, ослабить.

Кроме этого, причиной кризиса называют у нас ошибки прямые или непрофессиональные или злонамеренные действия российских чиновников. Критика российского чиновничества в этом смысле достаточно острая.  На следующем месте - санкции. Санкции Запада и к ним присоединяют контрсанкции, которые наша страна ввела. В общем, их, как правило, рассматривают в связке, все вместе, под одним словом «санкции».

А выхода россияне, к которому они могут идти сами, не видят. Они просто ждут, что ситуация когда-то вернется к докризисной. Но когда… Часть населения придерживается того мнения, которое было высказано Путиным, что этот кризис года на два. А примерно такая же часть полагает, что его сроки установить невозможно. Это больше двух лет, а сколько, мы не знаем. В общем, они готовы к затяжному кризису.

«Отрицательная реакция Запада является подтверждением того, что мы поступили правильно»

- Кризис – он только в экономике? Как уживаются эти оценки с оценками политического курса, международной обстановки, ситуации в государстве и обществе в целом?

- Что касается ситуации экономической, того, что люди непосредственно наблюдают на полках в магазинах и в своем кармане, то они этой ситуацией недовольны. Они были ею недовольны всегда, но сейчас это недовольство острее. И виноватые видятся среди правительства, родных чиновников… Это с одной стороны.

А с другой ситуацию международную оценивают так, что с точки зрения интересов нашей страны все хорошо и стало очень хорошо после того, как мы заявили себя, как великая держава. И первым главным жестом в этом направлении было присоединение Крыма.

И тут очень интересно. В общем, отдавая себе отчет в том, что эти действия вызвали широкое осуждение со стороны наших бывших партнеров и друзей в Европе и во всем мире, россияне, тем не менее, полагают, что сама отрицательная реакция Запада является подтверждением того, что мы поступили правильно. Вот это важно понять.

«У нас нет никакого сосуда, который был бы наполнен до краев»

- Есть ли что-то такое, на чем россияне не станут экономить, от чего не откажутся никогда?

- Алкоголь. Это первое. Потому что в алкогольной зависимости у нас миллионы и миллионы. Еще жилье тоже останется основой. Еще один момент – место жительства. Кризис не ведет к каким-то массовым миграциям. В бедных странах бывает, что из районов, пораженных засухой, например, массовым образом бегут люди куда-то в другие места. Или из деревень массовым образом бегут в города. У нас этот процесс идет, но он идет, в общем, примерно в том режиме, в котором шел уже многие годы.РИА Новости / Алексей Мальгавко

- Сказываются ли экономические трудности на политических взглядах россиян? Повлияет ли это, к примеру, на результаты выборов в Госдуму?

- Если кормят хорошо, то такую власть поддерживают крепко, а перестают кормить хорошо, власть перестает получать поддержку – это вообще неверно, такое  взаимоотношение этих факторов. Его нигде нет. И у нас его нет. В общем, этот кризис не имеет таких острых форм, чтобы он выливался в какой-то протест. Есть острые моменты, они связаны или не связаны с кризисом: есть обманутые вкладчики, обманутые дольщики… Или город, который поражен наводнением или замерзает из-за каких-то событий зимой. Вот это все, это все бывает. Но это всегда точечные вещи.

- Может ли что-то стать «последней каплей» для граждан? Что должно случиться, чтобы общественные настроения заметно изменились?

- Понимаете, последняя капля, это когда уже все полно-полно, и вот только не хватает этой последней капли. А у нас нет никакого такого сосуда, который был бы наполнен до краев. Нет какой-то там гражданской ненависти или протеста, любви или чего-то такого, что вот-вот, еще только капля, и тогда все изменится. Мы не в этой ситуации находимся.

Из сегодняшнего состояния, в котором мы пребываем, ничто не обещает развиться в экстремальную ситуацию. Но есть зоны риска, которые лежат вне нынешней ситуации. Мы же видели, начинаются пожары, а те, кто должен с ними бороться, они не справляются. Ну, если это горят просто леса, это одно. А если это начинает перекидываться на зоны, где люди живут, тогда возможны уже какие-то другие реакции. Реакции, в том числе, социально острые. Но для этого должно что-то сначала произойти.

«Люди не настолько всего лишились, чтобы отказать власти в поддержке»

- Должен кто-то умереть?

- Ну, например. Если людей надо эвакуировать, а их эвакуировать не могут. Вот, что тогда произойдет? Но, понимаете,  для того, чтобы об этом говорить, нам надо сначала выдумать саму опасность. Но мы сейчас не видим каких-то серьезных, потенциальных источников напряжения или абсцессов.

- На что в этой ситуации рассчитывают власти? На кого опираются и какие действия предпринимают? Чего ждут от людей, лишившихся возможности жить так, как привыкли в «тучные годы»?

- Наша действующая власть опирается на общество в целом. Она имеет такую возможность. Наше общество очень мало дифференцировано, поэтому оно все в целом является такой, так сказать, опорой. Но наиболее легко управляемые группы это, как известно, бюджетники, жители сельских поселений и пенсионеры.

Понимаете, не настолько люди лишились, чтобы они в связи с этим отказали власти в поддержке. Они ей не отказали. У нас восемьдесят два, по последним данным, процента одобряют деятельность президента. Это значительное число. То есть, большая часть тех, кто собирается голосовать, собираются голосовать за правящую партию. В этом смысле с нашей точки зрения, наблюдателей за социальной жизнью, все достаточно стабильно, и ситуация просто будет воспроизводиться.