Собянин пошел на прорыв. Глеб Павловский - о "цифровых ошейниках"

Российский политолог Глеб Павловский в интервью Anews поделился мнением о том, как россияне будут выходить из режима самоизоляции, чего стоит ожидать по окончании пандемии, перерастут ли «цифровые пропуска» во что-то большее и зачем государство расширяет полномочия полиции.
Фото Собянин пошел на прорыв. Глеб Павловский - о "цифровых ошейниках"
РИА Новости
Facebook
ВКонтакте
share_fav

Как россияне будут выходить из режима самоизоляции? К чему стоит готовиться? Перерастут ли во что-то большее «цифровые пропуска», которые используются сейчас для контроля перемещения граждан? На эти и другие вопросы о жизни в самоизоляции и выходе из этого режима ответил политолог Глеб Павловский.

Электронные пропуска - это часть системы слежения?

Эта концепция, несомненно, конспирологическая. Тогда мы должны допустить и то, что эпидемия является искусственной. Многие действительно в это верят. Якобы чтобы специально распихать людей по квартирам и заодно протестировать эту электронную систему. Но если убрать конспирологию, то вероятность такая, конечно, есть. В чрезвычайных обстоятельствах возникают какие-то приемы, процедуры, протоколы действий, а потом они остаются, конечно. Но дальше следует борьба за то, в чьих руках они остаются.

Сегодня, когда мы сидим по квартирам и всякий раз, выходя наружу, утыкаемся в QR-код и полицейского, который раньше слабо ассоциировался с цифровизацией, конечно, мы не можем этого не замечать. Конечно, это раздражает. Тем более, что цифровизация ассоциируется с каким-то более высоким уровнем управления, чем тот, который мы видим.

Но давайте будем смотреть на факты. Что произошло? Как только возникла реальная угроза, наша якобы высоко мобилизованная система власти отошла в сторону и предоставила решать проблемы тем, кто умеет их решать. Потому что не было никакой программы на этот случай. И не бывает. Она возникла спонтанно. И создавалась временная сцена управления, на которой действуют такие фигуры, как Собянин. И сейчас смотрят, что получится.

Нет идей, кроме того, как выйти из этой ситуации. Не надо думать, что они мыслят так стратегически, чтобы заботливо холить и лелеять цифровую систему контроля, стратегически планировать распоряжение ею на 10 лет вперед. Они так не умеют, они так не живут. Но, конечно, они постараются сохранить все, что можно. Во всех выборах, которые проходили до сих пор, наша федеральная система заботливо сохраняла приемы, ноу-хау и дальше применяла их в следующей каденции. Я думаю, это будет и теперь.

Почему Сергей Собянин принимает большие решения

Сергей Собянин сегодня решает вопросы, которые определенно относятся к федеральной компетенции, Кремль их только визирует. Собянин - это не какой-то пришелец из космоса, он часть этой системы, он вырос внутри нее. Собянин - один из немногих людей в истеблишменте, кто сделал себя сам, кто не сел на хвост кому-то и подымался наверх. Человек прошел через все выборы: муниципальных низовых до московских. Политически Собянин очень крепок. Но команда власти, укрепившаяся в ней за последние 20 лет - это холодные люди. По отношению к населению они всегда были холодны. И Собянин не исключение. Он пошел на прорыв.

Если бы Собянин здесь отступил, то дальше бы появился военный комендант Москвы, дальше бы он уже не ушел… Но Собянин не знает в принципе, что делать, он действует так же, как Путин. Он тоже предоставляет возможность тем, кто более-менее компетентен. Ему напели про этот цифровой пропуск, выглядело это современно. При введении возникла известная давка в метро. Собянин быстро вмешался нецифровым способом и решил.

Собянин использует цифровой режим как аргумент своей власти. Аргумент в споре, скажем, с силовиками, которые не прочь в любую минуту заменить его на этом месте. Но Собянин говорит, нет, у нас есть режим, у нас есть порядок, смотрите, вот QR-код, вот контроль. Если он не сможет предъявить контроль, у него возникнут большие проблемы. То есть он резко пойдет на понижение, и выдвинутся другие люди. При этом Собянин не очень интересуется, насколько вся эта абсурдная система контроля удобна для людей в городе.

Почему введение ЧС в России - это плохая идея

Люди просто не понимают, что такое режим ЧС у нас. Это ведь не США и даже не Мексика. Это была бы африканская ситуация. Там очень много сообщений про комендантский час, про то, как убили того, этого… У людей тут есть связь с мечтами о европейском пути, где чрезвычайное положение связано с денежными компенсациями. Но ничего подобного здесь не было бы. Здесь это расцеплено. Здесь вы получили бы военных без всякой денежной компенсации. Конфликтовать и судиться пришлось бы с теми же самыми военными. Так что хорошо, что этого нет.

Зачем власти расширяют полномочия полиции

Время карантина - сумеречное время, время густой тени. В этой густой тени вы можете попытаться быстро протолкнуть какие-то вещи, которые вызвали бы значительно большее внимание в другой период. Гражданские власти таким образом хотят откупиться от силовиков, бросив им несколько косточек. Это же старая боль силовых структур, они все время говорят, это их любимая тема. Когда они собираются, например, на 23 февраля, они бесконечно обсуждают, как у них связаны руки, как они рискуют, геройски рискуют, а эти проклятые штатские только пишут в Facebook.

И вот им кинули кость. Это плохая идея, ненужная. Потому что права применения оружия в чрезвычайных обстоятельствах и так у них велики. Такие вещи, как неподсудность при исполнении должностных действий, будут трактоваться против людей. Не было бы ничего страшного, если бы суд внимательно рассматривал каждый случай превышения должностных полномочий полиции, но суд не будет этого делать. В итоге у них появляется коридор злоупотреблений и в применении оружия, и в обысках… То есть здесь мы получаем такую мягкую форму постоянного чрезвычайного положения.

Что не так с российской оппозицией?

Оппозиция пропустила ход с конституционной реформой, она обсуждала протесты прошлого лета, а тут бац - вышел Кремль с конституционной реформой. Потом оппозиция еще раз пропустила ход. Она обсуждала конституционную реформу, а страна уже переходила к повестке выживания в эпидемии. Оппозиция обязана была первой сказать, какое к черту голосование в такой ситуации? Но она этого не сделала, и опять власть в этом вопросе тоже оказалась впереди. А сейчас оппозиция борется с цифровыми пропусками, и часть ее требует чрезвычайного положения, а, наверно, уже нужно готовиться к следующему ходу.

Алексей Навальный старается действовать на опережение. Он часто пропускает ход, но у него есть свойство потом наверстывать. Его инициатива, его программа отвечает на текущую повестку. А остальная оппозиция - как-то не очень. Я боюсь, что нас ждет эпоха фриков. Таких, которые появились во время ингушских протестов. Новая обойма фриков-лидеров - это то, к чему нужно быть готовым. Это плохая ситуация. Но, к сожалению, наша оппозиция не воспитала кадры.

Грядут ли новые 90-е?

Версия о том, что нас ждут новые 90-е - слишком оптимистическая. 90-е - это был период борьбы за более эффективное применение оставшихся ресурсов СССР. Кто-то был более успешен в этом, кто-то менее. И между ними шла борьба. Достоинство 90-х в том, что эти ресурсы были доступны. До того момента, пока их захватывала наиболее сильная группировка, но захватив их, она должна была запустить их в ход, иначе она их не сохраняла. А в нашей системе они все втянуты во власть, до них добраться очень трудно. Все захвачено государством, системой власти, но она не умеет это использовать в такой ситуации. Это не 90-е годы.

Сейчас планировать осень - это все равно, что думать о президентских выборах 2024 года. Это витать в облаках. Нам нужно планировать лето. Оно будет плохим и бедным. Ближайшая сцена борьбы, конфликтов - это грядущее лето.

Полную версию интервью смотрите ниже.

Смотрите далее: «Бизнес должен сдохнуть». Дмитрий Потапенко - о государстве и кризисе

#оппозиция
#90-е
#карантин
#полиция
#сергей собянин
#закон
#власть
#политика
#глеб павловский
#коронавирус
#самоизоляция
#пандемия коронавируса
#политолог