"Есть правило золотого часа". Пилот - о работе "воздушной скорой" в Москве

«Завидев вертолет, люди первым делом достают телефон и начинают фотографировать. Ну а водители по-разному реагируют. Бывают и очень напряженные случаи…». Интервью с командиром воздушного судна, пилотом Московского авиационного центра Вячеславом Калёновым.
Фото "Есть правило золотого часа". Пилот - о работе "воздушной скорой" в Москве
Фото: Владимир Смоляков
Facebook
ВКонтакте
share_fav

Как работает «воздушная скорая» в Москве и что такое правило «золотого часа»? Сколько человек может принять на борт санитарный вертолет и как выглядит его парковка в условиях мегаполиса? На эти и другие вопросы в интервью Anews ответил пилот Московского авиационного центра Вячеслав Калёнов.

Вячеслав Калёнов - командир воздушного судна, заместитель командира второй эскадрильи Московского авиационного центра.

«В Москве санавиация - это не просто быстрая доставка из пункта А в пункт В»

– Как вы попали в «воздушную скорую»? Почему выбор пал именно на санавиацию?

– Пилот - это такая профессия, которую выбирают в детстве, о чем мечтают многие мальчишки. Но именно в санавиацию, в Московский авиационный центр я пришел уже после службы в Вооруженных силах. Когда служба закончилась, решил остаться в профессии. Почему именно сюда? Просто убежден, что работа спасателя, летчика в санавиации - это именно то, что достойно мужчины. Ты помогаешь людям, спасаешь людей. Это то, чем можно гордиться.

– После армии не было мыслей переучиться и пойти работать в коммерческую авиакомпанию, например?

– Вы знаете, многие мои друзья, с которыми еще учился, сейчас работают на коммерческих перевозках. Да, это выглядит красиво: белая рубашка, красивый китель, «принесите мне, пожалуйста, кофе»… Но, как подтверждают и мои друзья, это только симпатичная лицевая сторона. Изнанка выглядит по-иному: ты по 5-6 часов находишься в воздухе в одну сторону, столько же - в другую. Работа достаточно монотонна. Поэтому не жалею, что пришел именно сюда.

– Как проходит отбор летчиков и пришлось ли вам переучиваться?

– Вообще, считается, что в авиации случайных людей не бывает. Если такое случается, человек в первый же год работы это понимает и уходит. Что касается отбора - он действительно есть и проходит по профессиональным и деловым качествам. Это и психологические тесты, проверка здоровья, проверка теоретических знаний и практических навыков.

Фото: Владимир Смоляков

Чтобы стать летчиком именно санавиации необходимо пройти процесс переподготовки. Он занимает месяц-полтора. Все зависит от наличия свободных инструкторов, свободных мест в академии, где проходит обучение. Примерно две недели проходит теоретическая подготовка, две недели практическая, а потом еще две недели уходит на ввод пилота в строй санитарной авиации.

Выглядит это так: сначала летчик входит в строй для выполнения простых полетов днем, потом ночью, потом на более сложные площадки днем, потом ночью. А вообще, в Московском авиационном центре пилоты постоянно сдают зачеты, проходят переподготовку. Только за год летчик должен сдавать не менее 10 разных зачетов, чтобы подтверждать свои навыки.

– Обучение проходит в Москве?

– Не совсем. Так как мы используем вертолеты ВК-117 фирмы Airbus, то и переучивание пилотов проходит в центрах Airbus. Так что учиться летаем за пределы Москвы. Получается, теоретическая часть у нас проходит вне нашего учреждения, а практическая уже здесь, на нашем аэродроме в Остафьево.

– Вы наверняка обмениваетесь опытом с коллегами из других организаций… Чем принципиально отличается санавиация в Москве?

– Насколько я знаю, во многих других организациях в санавиации летает только фельдшер, чтобы загрузить человека и привезти. Получается просто как средство доставки. У нас в авиацентре задействованы только высококвалифицированные специалисты: пилоты и врачи. Так что в Москве санавиация - это не просто быстрая доставка из пункта А в пункт В, а полноценная помощь в воздухе.

«Смены - по 12 часов. В день у бригады может быть три-четыре вызова»

Вы помните свой первый вылет?

– Это был вызов на место ДТП. И тут запомнился не столько сам полет - он не был сложным, нормально сели на площадку рядом с дорогой… Первый вылет запомнился именно тем, что случай был тяжелый: мужчину сбила машина, когда он перебегал дорогу в неположенном месте. И не просто сбила, человека прижало машиной к автобусу. В итоге травма оказалась настолько серьезной, что пострадавшему пришлось ампутировать ногу. Но жизнь человеку спасли.

– Как выглядит ваш рабочий день?

– Продолжительность дежурства у нас 12 часов. Одновременно в городе дежурят три санитарных вертолета Московского авиационного центра. Полеты выполняются круглосуточно. Рабочий день пилота начинается с посещения врача.

После медосмотра едешь на аэродром, анализируешь метеоусловия, воздушную обстановку, запреты и ограничения в районе выполнения полетов, принимаешь авиационную технику, а дальше проводится короткий брифинг с авиа-медицинской бригадой. Ну а дальше уже в режиме дежурства ожидаем вызовы. В день у бригады может быть три-четыре вызова.

– Вы сказали, всего в городе дежурит три вертолета. Где они базируются?

– Раньше у нас два вертолета дежурили на аэродроме Остафьево, один на площадке 15-й городской больницы (городская клиническая больница №15 им. О.М. Филатова, прим. Anews). Теперь с 1 февраля один вертолет дежурит в Остафьево, один - в 15-й больнице и еще один в 7-й городской больнице (городская клиническая больница им. Юдина, прим. Anews).

Санитарный вертолет на площадке ГКБ №15/из архива ГКУ "МАЦ"

Когда поступает вызов, обычно вылетает тот вертолет, который ближе. Но если та бригада, которая ближе к происшествию, уже отрабатывает другой вызов, то поступивший вызов передается следующей бригаде.

«В среднем вертолет доставляет пострадавшего в больницу за 7 минут»

– Когда поступает вызов на 103 или 112, кто принимает решение, что отправлять нужно именно вертолет, а не просто скорую?

– Смотрите, здесь идет взаимодействие с Научно-практическим центром экстренной медицинской помощи. Врач оперативного отдела передает заявку нашей медицинской бригаде. Она в свою очередь принимает решение о необходимости применения по этой заявке авиации. Командир воздушного судна анализирует метеорологические условия и принимает решение о вылете.

Звучит долго, но, поверьте, это все считанные минуты. Врач принимает заявку, мы это все слышим, потому что находимся рядом, запрашиваем разрешение на использование воздушного пространства. За это время врач определяется, какая помощь необходима пострадавшему, далее мы вылетаем.

Санитарный вертолет на площадке НИИ неотложной детской хирургии и травматологии/из архива ГКУ "МАЦ", 2009 год

– Кто входит в состав бригады и сколько нужно времени, чтобы собраться на вылет?

– Вообще, существует норматив на сборы - 10 минут к вылету. Но на деле все происходит гораздо быстрее. Запуск вертолета, загрузка вертолета, согласование использования воздушного пространства… Экипаж вертолета состоит из двух пилотов, двух врачей и одного фельдшера. Это сводная бригада, то есть - один врач и фельдшер Центра экстренной медицинской помощи и врач Московского авиационного центра. Это реаниматологи. Итого на вызове: три медработника и два пилота, пять человек в вертолете.

Фото: Владимир Смоляков

– Немало, плюс еще пострадавшие - сколько человек может принять вертолет?

– Можем взять и двух пациентов, но обычно стараемся брать по одному человеку, если он тяжелый, чтобы внимание бригады было направлено на него. Если пострадавших больше, вызываем больше вертолетов. Если два тяжелых пострадавших, которым требуется срочная эвакуация, прилетит два вертолета, иногда и три прилетает. В зависимости от ЧП. Если мы будем понимать, что и трех вертолетов не хватает, будут подняты силы наращивания, будут привлечены еще вертолеты.

– А сколько времени требуется, чтобы доставить пострадавшего?

– В зависимости от удаленности путь занимает - от 5 до 15 минут. Но в среднем вертолет доставляет пострадавшего в больницу за 7 минут - это средний показатель. Вы же понимаете - в условиях мегаполиса наземным транспортом доставить больного с места происшествия в медицинское учреждение за такое время практически невозможно. Вообще, есть правило «золотого часа» - если человеку с травмами или с заболеванием, когда требуется срочное вмешательство, оказать помощь в течение часа, будет больше шансов остаться живым и здоровым.

Санитарный вертолет у ТЦ Ашан/из архива ГКУ МАЦ

«Например, с детьми бывают очень страшные случаи»

– С какими вызовами обычно работает санавиация Москвы?

– Это ДТП, когда люди получают серьезные травмы. Плюс вылетаем на вызовы по инфаркту, по инсульту - они в Москве очень часто происходят. Также разные травмы, полученные по неосторожности.

Например, с детьми бывают очень страшные случаи: дети играют в неположенных местах, падают, травмируются, выпадают из окон. А ведь при падении с высоты человек получает серьезные внутренние повреждения, иногда смотришь - вроде цел, но может быть внутреннее кровотечение, и человек может погибнуть, поэтому требуется срочная операция. В таких случаях доставить пострадавшего наземным транспортом в условиях пробок просто невозможно.

«Водитель фуры развернул машину, чтобы перекрыть полосы и помочь вертолету сесть»

– Как выглядит «парковка» вертолета в условиях города? Что делать, если садиться нужно на оживленной дороге или в людном месте - где-нибудь рядом с метро?

– Посадка на дорогу - крайний случай, когда других вариантов нет. Обычно стараемся садиться где-то рядом. Бывает, что для посадки другие службы, с которыми мы взаимодействуем, специально перекрывают какую-то часть дороги. Например, если вылетаем на МКАД, могут перекрыть несколько полос для вертолета, но так, чтобы не парализовать полностью движение.

Санитарный вертолет на дороге/из архива ГКУ МАЦ

Если не на дороге, стараемся сесть где-то тихом дворике - пусть в 50-100 метрах от места происшествия. Врачи доходят пешком, иногда добраться помогают автолюбители - добровольно. Где-то выполняем посадку на школьных стадионах. Причем я хочу выразить огромную благодарность школьным работникам, потому что это люди, которые обычно помогают, могут быстро очистить стадион, организовать детей, чтобы они ушли с места.

– Как водители и прохожие реагируют на появление вертолета?

– Завидев вертолет, люди первым делом достают телефон и начинают фотографировать. Ну а водители по-разному реагируют. Хотелось бы, конечно, чтобы водители относились с пониманием. Понятно, что все спешат, но если пробка образовалась из-за ДТП… Вот вы видите спасателей, вертолет - не нужно пытаться прорваться, проскочить, здесь ведь человека спасают! Опоздание на работу - это мелочи по сравнению с человеческой жизнью.

Бывают и очень напряженные случаи. Однажды вертолет не мог сесть, потому что все пытались проехать, и водитель фуры развернул свою машину, чтобы перекрыть полосы и помочь вертолету сесть.

– Какие вылеты у пилотов санитарных вертолетов принято называть сложными или проблемными?

– Вообще, ни один вылет не похож на предыдущий. Профессиональный летчик никогда не скажет: «Ой, я тысячу раз это делал, ничего сложного!». Трудности есть всегда, но особенно хотелось бы отметить сложные метеоусловия, недостаточную освещенность… На уровень сложности полета влияет даже луна: бывает полная, иногда скрытая за облаками, а иногда абсолютно темная ночь. Обычно люди не обращают на это внимание, но специалисты видят и отличают темную ночь от светлой.

Фото: Владимир Смоляков

Плюс выбор площадки. В городе ведь проблема - это не только машины, но и провода, натянутые между зданиями, плюс большое скопление людей. Если сталкиваешься с последним, лучше сеть чуть дальше, но обеспечить безопасность.

– Пилоты санавиации постоянно находятся там, где ДТП, разные чрезвычайные происшествия… Как такая работа сказывается психологически? Как вы расслабляетесь и справляетесь со стрессом?

– Все, с чем приходится сталкиваться, невозможно не пропускать через себя… Но всегда стараешься, чтобы это не сказывалось на профессионализме. Держать себя в форме - и физической и психологической - помогает хороший сон, правильное питание и спорт. Пинг-понг, например, отлично помогает расслабиться. Еще очень хорошо помогает баня. Если после смены найти время и сходить в парилку - самочувствие сразу улучшится.

Ну и плюс общение. После каждого полета мы делимся друг с другом, обсуждаем, что произошло, разбираем полет, как было принято решение, что можно было сделать по-другому - вот это помогает.

Беседовала Эллада Карибова