Как "лучший друг Гитлера" спасся от виселицы и стал богачом

Facebook
ВКонтакте
share_fav

Вождь нацистской Германии Адольф Гитлер, по сообщениям современников, был человеком замкнутым и избегал тесных личных отношений. Тем удивительнее его расположение к молодому Альберту Шпееру, буквально за несколько лет превратившемуся из никому не известного архитектора в одного из самых близких людей фюрера. А самое удивительное, что после поражения Германии и смерти Гитлера история этого человека отнюдь не закончилась...

“Умный журнал” рассказывает о взлётах и падениях “личного архитектора вождя” и о том, как он повлиял на самосознание германской нации.

“Родственная душа” Гитлера

Потомственный архитектор Альберт Шпеер, унаследовавший профессию от отца и деда, впервые услышал речь Адольфа Гитлера молодым человеком - ему было 25. Этот момент стал поворотным в его жизни. Вдохновлённый услышанным, через несколько месяцев он уже вступил в Национал-социалистическую партию, ещё через год получил первые партийные заказы, а ещё через год, в 1933-м, познакомился со своим кумиром лично.

Шпеер в 1933 году

Фюрер сразу обратил внимание на организационные таланты Шпеера и назначил его ассистентом своего любимого архитектора Пауля Трооста, а в 1934 году, когда тот умер - главным партийным архитектором. При этом их сближение было не только профессиональным, но и дружеским. Траудль Юнге, секретарь Гитлера на протяжении двух последних лет его жизни, рассказала об этом так: “Шпеер, пожалуй, был единственным человеком, к которому Гитлер испытывал какие-то чувства, кого слушал и с кем иногда даже беседовал”. Сам фюрер отзывался о молодом архитекторе как о “родственной душе”.

Профессиональный расцвет

Разумеется, в новом статусе Шпеер получил заказы, о которых любой архитектор мог только мечтать. Например, ему было поручено разработать проекты нового здания Рейхсканцелярии в Берлине и территории для партийных съездов площадью более 11 км2 под Нюрнбергом.

Фасады новой Рейхсканцелярии

Мраморная галерея внутри Рейхсканцелярии

Личный кабинет Гитлера в новой Рейхсканцелярии

Первое здание было построено в 1939 году, простояв, однако, всего шесть лет. После взятия Берлина советское командование распорядилось полностью разрушить сильно повреждённое здание, а часть его материалов использовать для возведения мемориального комплекса в городском Трептов-парке.

Советский мемориал в Трептов-парке

Во втором проекте, помимо разработки общего плана территории, Шпеер сконструировал так называемую трибуну Цеппелина - самое большое сооружение для публичных мероприятий в Германии. Особой гордостью архитектора была система её ночной подсветки, включавшая в себя 152 больших прожектора и названная им “Собор Света”.

Эта трибуна, в отличие от большинства зданий Шпеера, частично сохранилась до наших пор.

Внутри её центральной части располагается знаменитый Золотой зал с древним орнаментом, напоминающим свастику, на потолке.

Выход из Золотого зала сегодня

В 1937 году Шпеера назначили генеральным инспектором Берлина по строительству. Ему предстояло, ни много ни мало, перестроить столицу Рейха в величественном стиле, чтобы она была достойна уготованной ей Гитлером роли столицы мира. Планировалось даже поменять название города. Новое так и звучало - “Столица мира Германия” (слово Germania в немецком языке означает романтическую аллегорию германской нации в женском обличье, в то время как страна называется Deutschland).

Образ Германии на картине Филиппа Фейта

План реконструкции города был разработан Шпеером в 1938-1939 годах, но из-за начавшейся войны так и остался нереализованным.

Центральная часть макета будущей столицы. Ознакомившись с проектом, отец Шпеера, тоже архитектор, заявил: “Вы там все с ума посходили"

Главным зданием обновлённой столицы должен был стать Зал Народа - самое крупное сферическое сооружение мира с основанием 315 на 315 метров

Правда, до закрытия проекта в 1943-м ведомство главного архитектора успело провести часть работ по сносу домов в зоне реконструкции и переселению их жильцов. Помимо прочего, по указанию Шпеера из своих домов выселили 75 тысяч берлинских евреев, чтобы освободить жильё для представителей более “правильных” народов.

Фонари по дизайну Шпеера - одно из немногих напоминаний о “столице мира Германии” в современном Берлине

Орала на мечи

Вторжение в Польшу и начало Второй мировой войны Шпеер воспринял с воодушевлением. Впоследствии он рассказывал в интервью: “Весь смысл моих строений был именно в этом. Если бы Гитлер продолжал спокойно сидеть в Германии, они превратились бы в гротеск. Всё, чего я хотел - чтобы этот великий человек правил миром”.

8 февраля 1942 года в авиакатастрофе погиб министр вооружения Германии Франц Тодт. Шпеер собирался лететь вместе с ним, но за несколько часов до вылета решил остаться в ставке Гитлера, чтобы отдохнуть. На следующий день фюрер назначил архитектора на место погибшего министра. Впоследствии в своих мемуарах Шпеер написал, что не хотел принимать предложение и подчинился только прямому приказу.

Шпеер на испытаниях нового оружия

На новой должности организаторские способности Шпеера проявились в полную мощь. Он сумел окончательно перевести германскую экономику на военные рельсы, добившись впечатляющих показателей роста продукции. Чем дольше продолжалась война, тем влиятельнее становился сменивший амплуа архитектор во властных структурах Рейха. Он мог вмешиваться в работу всех остальных министерств, и доверие Гитлера к нему только усиливалось. Фюрер говорил: “Шпеер, я подпишу всё, что ты мне принесёшь”.

Гитлер награждает Шпеера почётным кольцом

По мере того, как Германия теряла территории и промышленные мощности, Шпеер убеждался, что война проиграна. В феврале 1945 года, после потери Силезии, обеспечивавшей Рейх углём более чем наполовину, он прямо написал об этом Гитлеру. Тот, однако, никак не отреагировал.

Одновременно с этим Шпеер предпринимал все возможные меры, чтобы приказ фюрера о тактике выжженной земли, предусматривавший уничтожение всех оставляемых врагу объектов инфраструктуры, не выполнялся. Напротив, разумный министр пытался снабдить территории, подлежащие скорому захвату, едой и стройматериалами.

Шпеер инспектирует танк “Пантера”

Нацист, который раскаялся

22 апреля 1945 года Шпеер решил поехать в Берлин из Гамбурга, где он находился, чтобы повидаться с Гитлером в последний раз. Они имели долгий разговор, после чего распрощались навсегда. Через восемь дней, не желая попадать в плен, фюрер совершил самоубйиство. В своём последнем указе он освободил Шпеера от занимаемой должности.

После смерти Гитлера Шпеер предложил свои услуги новому германскому правительству и принял участие в его работе. Вскоре все его члены были арестованы и среди прочих предстали перед Нюрнбергским трибуналом. На нём Шпеер, в отличие от большинства обвиняемых, признал свою вину в преступлениях Третьего Рейха, за исключением холокоста, о котором он якобы ничего не знал. Сама его манера поведения отличалась от остальных: он был сдержан, корректен и максимально настроен на сотрудничество. В итоге приговор для него оказался сравнительно мягким: несмотря на требование смертной казни, выдвинутое Советским Союзом, Шпеера приговорили к 20 годам тюрьмы. Одним из главных злодеяний, в которых его обвинили, был принудительный труд заключённых концлагерей на возглавляемых им предприятиях, сопровождавшийся чудовищными условиями и высокой смертностью.

Тюрьма Шпандау, куда заключили Шпеера

Несмотря на многочисленные прошения о досрочном освобождении, под которыми подписывались многие известные и влиятельные люди (например, французский лидер Шарль де Голль), из-за непреклонной позиции СССР Шпеер отбыл свой срок полностью. В берлинской тюрьме Шпандау он, вопреки предписаниям режима содержания, смог заняться написанием мемуаров. В этом ему помог сочувствующий персонал, обеспечивший его необходимыми принадлежностями. Так родились книги “Воспоминания” и “Шпандау: Тайный дневник”, опубликованные после того, как Шпеер вышел на свободу в 1966 году. Они тут же стали бестселлерами, принеся ему солидный доход и внимание академической общественности.

Шпеер с книгой о себе

Правда, публикация данных работ стоила Шпееру дружбы многих бывших соратников по партии, которые не приняли изображение им тех времён как преступных и постыдных, увидев в этом предательство.

Шпеер с Гитлером и своим другом, скульптором Арно Брекером, прекратившим с ним общение после публикации его мемуаров

С другой стороны, многие критики не поверили в искренность его заявлений касательно того, что он не знал о холокосте, и продолжали попытки доказать обратное. Уже после смерти Шпеера в 1981 году, в возрасте 76 лет, вроде бы были обнаружены документы, подтверждающие его осведомлённость об “окончательном решении еврейского вопроса”.

Могила Шпеера в Гейдельберге

Но эти исследования потонули в символическом значении фигуры архитектора, который для многих миллионов людей, сотрудничавших с нацистским режимом, стал примером правильной жизненной позиции: человека, работавшего на благо своей страны, но ничего не знавшего ни о каких зверствах и преступлениях. В этом смысле Шпеер преподнёс своему народу последний подарок, позволив хоть как-то облегчить бремя национальной вины - независимо от того, была она мнимой или реальной.